Forex

Джесси Ливермор

Джесси Ливермор родился в Соединенных Штатах Америки, в городе South Acton, Massachusetts, в 1877 году. В возрасте 15 лет он переехал в Boston и начал работать в брокерской фирме Paine Webber"s Boston. Его работой было писать мелом на специальной доске текущие котировки. Он изучил движение цен и начал торговать, используя изменения цен. Когда Джесси было 20 лет, он переехал в New York, чтобы продолжать спекуляционную торговлю. В течении 40 лет торгов он развил в себе умение успешной торговли, используя колебания цен на акции и фьючерсы. По слухам, он аккумулировал и терял миллионы долларов неоднократно. Он заработал прозвище Wonder Boy (Чудесный Мальчик). Джесси Ливермор изобрел свод правил торговли, которые базировались на личном опыте торгов. Одним из его самых главных правил было: "Никогда не торгуй, используя советы".

Неофициальная биография Джесси Ливермора "Воспоминания биржевого спекулянта" была опубликована в 1923 году. Ниже приведены отдельные выдержки:

Еще один урок, который я выучил ранее, заключался в том, что нет ничего нового на Wall Street. Ничего нового не может быть, потому что спекуляция стара, как мир. Что бы ни случилось на рынках сейчас, это уже случалось и это случится снова. У меня было 10 тысяч долларов, когда мне было 20 лет и моя маржа на той сахарной сделке была больше 10 тысяч. Но я не всегда выигрывал. Мой торговый план был достаточно хорош и выигрывал чаще, чем проигрывал. Если бы я постоянно использовал его, я бы выигрывал 7 раз из 10. Как правило, я всегда делал деньги, когда был уверен, что я прав, перед началом торгов. Я был неправ в том, что у меня не хватило мозгов постоянно придерживаться моего плана и играть на рынке, только когда предшествующие события говорили о успешной торговле. Каждому событию свое время, но я не знал этого. Именно это послужило причиной краха такого большого количества людей на Wall Street, которые были вовсе не сосунки. Существует простой дурак, который все, всегда и везде делает неправильно, и дурак с Wall Street, который думает, что должен торговать все время. Никто не может иметь адекватных причин для дневной покупки или продажи акций или достаточно знаний, чтобы играть на рынке интеллектуально. Нужно много времени, чтобы осознать свои ошибки. Они говорят, что существуют две стороны всего, но у рынка только одна сторона. И это не бычья, или медвежья сторона, а истинная сторона. Рынок всегда прав. Ничто так не учит тебя тому, что нельзя делать, как потеря всего, что у тебя есть. И когда ты понимаешь, что нельзя делать или потеряешь деньги, ты начинаешь учиться, что делать, чтобы выигрывать. Именно учиться. Я думаю, серьезным шагом в моем образовании был момент, когда я осознал в конце концов, что старый мистер Патридж продолжал повторять своим клиентам: "Хорошо, ты знаешь, это бычий рынок", он действительно имел в виду, что большие деньги не в индивидуальных флуктуациях, а в едином движении, это означает, что надо следить не за ценами, а за рынком. Причина в том, что человек может ясно видеть, что рынок делает то, что, как планировалось, он должен делать и тем не менее этот человек становится нетерпеливым и сомневающимся. Вот почему так много мужчин с Wall Street теряли деньги, а они были не школьные сосунки. Они не проиграли рынку, они проиграли сами себе, несмотря на их ум, они не смогли выполнить свои планы. Старый турок был чертовски прав, когда говорил, что нужно делать. Но он не мог оставаться терпеливым и уверенным в своих действиях. Обычный человек не интересуется бычий или медвежий рынок, он хочет, чтобы ему сказали какую именно акцию покупать или продавать. Он хочет получить что-то, не отдавая ничего. Он не хочет работать, он даже не хочет думать. Это так скучно, когда нужно считать деньги, которые просто нашел.

Чтобы рассказать о моей первой ошибке на миллион долларов, необходимо вернуться в то время, когда я первый раз стал миллионером. Это было сразу после обвала Октября 1907 года. Так как продолжалась моя торговля, миллион обозначал лишь дополнительные резервы для меня. Деньги не дают трейдеру чувство комфорта, потому что богат он или беден, он может ошибиться и всегда неуютно быть неправым. И когда миллионер прав, деньги это лишь его слуги. Потеря денег меня не заботит.

Убыток никогда не расстраивает меня; после того как я его принял, я забываю о нем на следующий день. Но не следовать собственному плану, не принять убыток, как рассчитывал, вот это действительно наносит ущерб моей душе и карману.

То, что я скажу тебе, это основа моего торгового плана, который базируется на изучении движения цен. Мне достаточно знать о возможном направлении дальнейшего движения цены. Я делаю дополнительные тесты только чтобы успокоить себя. Обычно для этого я смотрю за ценами, после того как я начал.

Немного есть более худших ошибок для спекулянтов, чем усреднение убытков. Моя хлопковая сделка полностью доказала это.

Всегда продавай убыточные акции и всегда держи прибыльные. Это настолько очевидно, что я всегда удивлялся сам себе, когда делал все с точностью до наоборот.

Убытки не беспокоят меня. Когда я теряю деньги, я рассматриваю это, как плату за обучение. Человек должен учиться и должен платить за обучение.

Во времена бумов, когда на рынке большое количество публики, не нужно проявлять какую либо проницательность, нет никакого смысла в том, чтобы терять время на обсуждение того, что происходит во время таких бумов. Это похоже на попытку найти разницу между каплями дождя падающими на соседнюю крышу. Сосунок всегда пытается получить что-то не заплатив, посыл всех этих бумов всегда к инстинкту игрока, основа которого жадность и улучшающееся благосостояние. Люди, которые ищут легких денег, всегда платят за привилегию получить доказательства, что их нет на этой убогой и жадной земле. В начале, когда я слушал рассказы о старых сделках, я думал, что теперь люди менее легковерны. Но теперь, читая в газетах о пирамидах и проворовавшихся брокерах, я уверен, что миллионы долларов, принадлежащие сосункам, еще присоединятся к молчаливой массе пропавших накоплений.

Всегда есть люди, которые ходят быстрее, чем остальная толпа. Им предначертано вести остальных, и не имеет значения как сильно эта толпа изменилась.